Хроники Монкмората.

Вместо пролога.
- Здравствуй, свет моих глаз.
- Для тебя я – Рефицнар. Зачем ты звал меня? Просто так?
- Люди соскучились по нашей древней игре. Давай вместе бросим кости?
- Хочешь бросить кости? Тогда поставь свою фигуру! Удиви меня тем, что ты создал!
- Для тебя, любимый, нечто особенное. Дева с сердцем волчицы, которая всё поставит на кон, ради победы.
- Ты обрёк её на ужасную судьбу, Нозамраф. Но ты смог меня удивить, своим забавным выбором. Моя фигура не уступит. Пусть это будет муж, которого с юности загоняли в угол. Его выбор будет не победа, а жизнь.
- Не так уж велика разница между нами, бог Солнца Рефицнар.
- Но вечная наша любовь, лукавый бог луны Нозамраф.
- Но хватит ждать. Мир уже ждёт их.

И на зелёной планете, на разных концах одного материка, под хохот мерцающих звёзд, закричали два младенца.

Глава 1
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ.
- Пора?
- Нет. Дай ему ещё один день.
- Не томи душу!
Горизонт, увенчанный короной горной гряды, просыпался под мягким и ласкающим прикосновением восходящего солнца. Его лучи резвились и играли на белых каменных стенах приморского города. Тут и там открывались окна, чтобы впустить воздух и свет в затхлые дома. Сияние солнца отражалось в зеленоватой воде морских волн. Гардан – встречал утро.
В одном из двухэтажных домов мальчик лет десяти открыл окно, чтобы встретить рассветное солнце и ветер, принёсший пока ещё чистый запах моря. Свет мигом выхватил из темноты две лежанки, стол с потухшим огарком свечи, корыто с водой, полотенце и сменную одежду. Одна из лежанок пустовала, а на второй завертелся юноша лет шестнадцати. Только копна чёрных как смоль волос торчала из-под одеяла.
- Брат! Вставай! Новое солнце пришло!
Старания мальчика оказались напрасными. Его брат только глубже ушёл в мир сновидений.
- Проснись! Проснись! Проснись!..
Мальчик бесцеремонно толкал своего брата, пока терпение последнего не лопнуло. Юноша открыл глаза с кроваво красными зрачками и резко поднялся с кровати, явно с боем вырывая свою душу из объятий сна. Босые ноги коснулись шлифованных дощатых половиц, а те отомстили противным, но привычным на слух скрипом.
- С новым Солнцем Кенар.
Старший брат соскочил с лежанки с грацией хищника и тут же скривился от боли. На боках и плечах у него сияли пятна синяков. Кенар с радостным визгом помчался вон из комнаты. Стоя уже на пороге он прокричал
- Кто последний, тому и каша.
- Ты забыл умыться.
- Ульма! Это не честно! – прокричал Кенар и умчался.
Ульма ухмыльнулся и с наслаждением опрокинул на своё лицо полную пригоршню воды. Он повторил эту процедуру три или четыре раза, ни капли не заботясь о мокрых половицах.
Вытерся насухо, оделся в свежую рубашку и стянул волосы в хвост, и лишь потом отправился на кухню вниз по лестнице. Кенар был уже здесь. Мальчик прыгал через три деревянные ступеньки, игнорируя перила, украшенные резными смеющимися рожицами. Узкая лестница не то место, где можно кого-либо обогнать.
Их мама в это время вовсю работала на кухне. С помощью прихваток один за другим вытаскивая горшки с чем-то вкусным. На столе уже стояло пол круга сыра и кувшин со свежим молоком.
«И когда она успела?» - подумал Ульма.
Их мать – высокая и крепко сложенная женщина с красного цвета кожей и такими же кроваво красными зрачками, как и у старшего сына.
- Мама Айна! С новым Солнцем!
- С добрым утром Кенар. У тебя лицо грязное. Сходи наверх и умойся.
- Но Мама!
- Умоешься и придёшь. Не велика забота.
Кенар показал матери язык и побежал наверх. А его старший брат поклонился матери, и в который раз восхитился её коротким мечом, висящим на левом бедре. Это знак того, что она способна защитить своих детей и свой дом.
- Садись есть. Отец скоро вернётся, просил не ждать его.
Ульма взялся за ложку и начал одним за другим открывать горшочки. В одном – отварное мясо, во втором гречневая каша, в третьем свежие хрустящие лепёшки. Это почти праздник! Скоро к ним присоединился умытый и надутый Кенар. Такие же чёрные волосы, но голубые глаза. Белые зубы постоянно сверкают в улыбке. Он сразу налил себе молока в тарелку, насыпал туда гречневой каши. Я же принялся резать сыр.